ЛЮДИ И НРАВЫ СЕВЕРО-ВОСТОЧНОЙ РУСИ. (Некоторые аспекты)



Как я уже говорил в своих интернет-сайтах, общество (и государственное устройство) Московской Руси было архаичным, патриархальным. Наблюдения за архаическими, патриархальными обществами показывают, что в этих обществах царят достаточно жестокие нравы. Само понятие "патриархальность" не должно вводить нас в заблуждение. Патриархальный - значит грубый, примитивный, жестокий. Это общество выживания. Чем архаичнее, патриархальнее общество, тем более грубые, более жестокие нравы.
Давайте посмотрим на стандартное поведение в Северо-Восточной Руси ДО начала ордынского ига и во время ига. Наиболее полная информация о нравах и людях того времени до наших дней дошли в летописях Великого Новгорода. Кроме того, новгородское общество практически не испытало на себе "тлетворное влияние Орды". Новгород, разумеется, как и вся Северо-Восточная Русь платил дань Орде, но не более того. Итак, новгородцы - "средневековые руские демократы".
Предоставим слово новгородским летописцам:
(буква "Ђ" читается как "ие"):
1141 год—«[как я понял, Якун поддерживал на новгородское княжение брата Святослава и бежал от гнева несогласных новгородцев] И Якуна яша на ПлисЂ, и приведъше и семо съ братомь его Прокопьею, малы не до смерти, обнаживъше, яко мати родила, и съверша и съ моста; нъ богъ избави, прибрьде къ бЂрегу, и боле его не биша, нъ възяша у него 1000 гривенъ, а у брата его 100 гривенъ, такоже и у инЂхъ имаша; и затоциша Якуна въ Чюдь съ братомь, оковавъше и руцЂ къ шьи»;
1167 год—«[очередной конфлик внутри городской общины по поводу княжения] Новгородьци же того не бережаху и убиша Захарию посадника и Неревина и Несду бириця, яко творяхуть е переветъ дрьжаще къ Святославу.... Тъгда же даша посадницьство Якунови; и сЂдеша новъгородци бес князя от Сменя дни до велика дни о ЯкунЂ, жьдуче от Мьстислава сына».
1194 год— «[после трагического похода за данью на Югру в 1193 году в Новгород возратились уцелевшие участники похода] И тъгда придоша избытъкъ живыхъ изъ Югры. [Как я понимаю, заподозрив в предательстве] И убиша Сбышку Волосовиця и Негочевиця Завида и Моислава Поповиця сами путьники, а друзии кунами ся откупиша; творяхуть бо я съвЂтъ дьржаще на свою братью, а то богови судити»;
1209 год— «Того же лЂта привезоша Дмитра Мирошкиниця мьрътвого из Володимиря и погрЂбоша и у святого Георгия въ манастыри, подъле отчя; а новгородьци хотяху съ моста съврЂщи, нъ възбрани имъ архепископъ Митрофанъ».
1218 год— «[Зимой между жителями города возникла очередная распря] и бысть на зиму, побеже Матеи Душильцевиць, съвязавъ МоисЂиця бириць ябетниць; новгородци же, угонивъше и, яша и ведоша и на Городище, и въиде лжа въ городъ: выдалъ Твьрдиславъ князю МатЂя, и възвониша у святого Николы ониполовици цересъ ночь, а Неревьскыи коньчь у Святыхъ 40, такоже копяче люди на Твьрдислава. И бысть заутра, пусти князь МатЂя, учювъ гълку и мятежь въ городЂ. И поидоша ониполовици и до дЂтии въ бръняхъ, акы на рать, а неревляне такоже; а загородьци не въсташа ни по сихъ, ни по сихъ, нъ зряху перезора. Твьрдиславъ же, позря на святую Софию, и рече: «даже буду виновать, да буду ту мертвъ; буду ли правъ, а ты мя оправи, господи»; и поиде съ Людинемь концемь и с пруси. И бысть сеця у городьныхъ воротъ, и побЂгоша на онъ полъ, а друзии въ коньць, и мостъ переметаша, и переехаша ониполовици въ лодьяхъ, и поидоша силою. О, великое, братье, чюдо съвади оканьныи дияволъ; къгда бяше брани быти на поганыя, тъгда ся начяша бити межи собою; и убиша муж прус, а концянъ другыи, а оныхъполовиць Ивана Душильцевиця, брат Матеевъ, а въ Неревьскемъ конци Къснятина Прокопииниця, иныхъ 6 муж, а раненыхъ много обоихъ. Бысть же се мЂсяця генваря въ 27, на святого Иоанна Златоуста, и тако быша вЂча по всю недЂлю. Нъ богомъ дияволъ попранъ бысть и святою Софиею, крестъ възвеличянъ бысть; и съидошася братья въкупЂ однодушно, и крестъ цЂловаша.
1227 год— «Того же лЂта ижгоша [сожгли на костре] вълхвы 4, творяхуть е потворы дЂюще, а богъ вЂсть [ бог его знает, т.е. летописец не уверен]; и съжгоша ихъ на Ярослали дворе»;
1230 год— «Томь же лЂтЂ роспрЂся [как я понял, между сторонниками и противниками Ярослава Всеволодовича] Степанъ Твьрдиславиць съ Водовикомь, Иванке Тимошкиниць по СтепанЂ, и биша Иванка паробчи посадници; то же бысть на Городищи; а заутра створи вЂцЂ на посадника на Ярослали дворЂ, и поиде на дворъ его, и розграбиша и. Посадник же опять възъвари городъ вьсь, и Сменъ Борисовиць на Иванка и на Якима Влунковиця и на Прокшю Лашнева; поидоша съ вЂчя и много дворовъ розграбиша, а Волоса Блуткиниця на вЂчи убиша; рече посадник: "ты еси мои дворъ хотелъ зажечи"; а Прокшинъ дворъ зажгоша; а Якимъ бежа къ Ярославу, а инии схоронишася; нъ и тЂхъ, уротивше, пустиша; а Иванка после имъш , уби Водовикъ, въвьргошь въ Волхово»
1359 год— «Тои же весны, богу попустившю грЂх ради наших, а диаволу дЂиствующу, и по совЂту лихых людии [судя по последующим событиям, боярина Сильвестра Леонтьева и его окружения] и бысть мятежь силенъ в НовЂгородЂ;
отъяша [судя по тексту, "степенной посадничество"] посадничьство у ВондрЂяна Захарьиница [боярин, представлявший союз Плотницкого конца -Торговая сторона и Пруской улицы (Загородский конец) - Софийская сторона] не весь город, токмо Славеньскыи конець [Словенский конец - Торговая сторона. Выбор новгородского посадника всегда был результатом компромисса, договорённости всех концов Новгорода. Здесь мы видим явное самоуправство только одного городского конца],
и даша [судя по тексту, "степенное посадничество"] посадничьство Селивестру Лентиеву [боярин, представляющий Славенский конец],
и створися проторжь не мала на ЯрославлЂ дворЂ [Торговая сторона - Славенский конец], и сЂча бысть: занеже славлянЂ в доспЂсЂ подсЂлЂ бяху [думаю, готовились заранее], и розгониша заричанъ [то есть, представителей Софийской стороны, - "за рекой", "за Волховым"], а они безъ доспЂха были, и бояръ многых побилЂ и полупили, а Ивана Борисова Лихинина до смерти убили.
И доспЂша тогда обЂ сторонЂ противу себе: СофЂиская сторона [Три городских конца: Неревский, Людин и Загородский, в т.ч. Пруская улица] хоти мьстити бещестие братьи своеи, а Славеньская [Торговая сторона к тому времени состояла из двух концов: Словенский и Плотницкий. Иначе говоря, от Торговой стороны здесь только один конец - Славенский] от живота и от головъ [то есть, защищали свои жизни и имущество];
и стояша три дни межю себе, уже бо славляне и мостъ [через Волхов] переметаша.
И съиха владыка МоисЂи из манастыря и ОлексЂи, поимя съ собою анхимандрита и игумены, благослови я, рекъ: "дЂти, не доспЂите поганымъ [язычникам] похвалы, а святымъ церквамъ и мЂсту сему пустоты; не съступитеся бится" [судя по этим словам, за противостоянием городских концов церковь видела древний, ещё языческий обычай, который осуждала].
И прияша слово его, и разидошася; и взяша села Селивестрова на щитъ [даже если боярин Силвестр Леонтьев не организовывал этот демарш Славенского конца, он расплачивался за произошедшее как его лидер. Решение о разграблении сильвестровых сёл, скорее всего, было принято на городском вече, т.е. санкционировано городской общиной], а иных селъ славеньскыхъ много взяша [вероятно, других славенских бояр];
много же и невиноватых людии погибло тогда [то есть, не только бояр, но и простых жителей Славенского конца - коллективная ответственность];
и даша посадничьство МикитЂ МатфЂевичю [боярин, представляющий Неревский конец, то есть, мы видим компромисс: избрали представителя ни того, ни другого концов];
и тако смиришася: не попусти богъ до конца диаволу порадоватися, нь възвеличано бысть крестияньство в род и род».
[в этом же 1359 году жители Людогощей улицы, Софийская сторона, поставили памятный крест об этих событиях. В православной традиции можно рассматривать этот крест как покаяние победителей за всех невинно погибших во время разорения словенских сёл. В настоящее время крест хранится в новгородском музее. «Людогощинский крест» ];
1418 год— «Того же мЂсяца [априля] сдЂяся тако в НовЂгородЂ научением дияволим [нумерация и разбиение на маленькие абзацы - мои]
1) человЂкъ нЂкыи Степанко [в некоторых вариантах вместе со своей женой, судя по тексту, житель Славенского конца Торговой стороны] изымаша боярина Данила Ивановича, Божина внука, [судя по дальнейшему тексту, боярин с Неревского конца Софийской стороны] держащи вопияше людем: "а господо, пособите ми тако на злодЂя сего" [смысл обвинения не понятен, но явно серьёзен, если его обсуждали на вече].
2) Людие же, видяще его вопль, влечахут акы злодЂя к народу и казниша его ранами близъ смерти, и сведше с вЂца [то есть, было общее решение Словенского конца или всей Торговой стороны, т.е. Славенского и Плотницкого концов, о казни, без согласования с Софийской стороной, откуда родом боярин Данила Иванович], сринуша и с мосту.
3) НЂкто же людинъ [вероятно, проживающий в Людинском конце, Софийской стороны], Личковъ сынъ, хотяше ему добра, въсхити его в челнъ, и народ, възъярившись на того рыбника [нарушившего решение веча], домъ его розграбиша.
4) И рекомыи бояринъ, хотя бещестие свое мьстити, въехитивъ [выкрал] супостата и нача мучити, хотя вред ицЂлити, паче болши язву въздвиже; не помяну рекшаго: "азъ отмьщение". [Вероятно, именно похищение частным представителем Неревского конца Софийской стороны жителя Торговой стороны послужило основанием дальнейших событий. Напомню, казнь боярина было решением веча Торговой стороны, пусть и без согласования с Софийской стороной, а не действием отдельных лиц]
5) Слышавъ же народ [Торговой стороны], яко изиманъ бысть Степанко, начаша звонити на Ярославли дворЂ вЂче [Торговая сторона], и сбирахуся людии множество, кричаху, вопиюще по многы дни: [то есть, решение было принято не сразу, т.к. собравшиеся на вече понимали, что в конечном итоге придётся иметь дело не только с одним боярином] "поидем на оного боярина и дом его расхытим".
6) [Мы видим фактически военно-карательную экспедицию всей Торговой стороны против Неревского конца Софийской стороны] И пришед в доспЂсех съ стягом [!!!] на Кузмадемиану улицу [Неревский конец, Софийская сторона], пограбиша дом его и иных дворовъ мъного, и на Яне†улицЂ [Неревский конец, Софийская сторона] берегъ пограбиша [т.е., грабили не только бояр - руководителей, но и простых новгородцев Неревского конца Софийской стороны].
7) И по грабежи том возбоявъшися кузмодимиянци, да не горЂе будет на них, отдаша Степанка [значит, жители Космодемьянской улицы имели к похищению Степанко какое-то общее отношение. Судя по тексту, сам боярин Данила Иванович жил на этой улице и в глазах Торговой стороны вся улица была виноватой], пришедши къ архиепископу, молиша его, да пошлет къ собранию людску.
8) Святитель же послуша молениа их, посла его с попом да съ своим боярином; они же [жители Торговой стороны ] прияша его и пакы възъярившися, аки пианЂ, на иного боярина [похоже, получивший сободу Степанко указал на боярина Ивана Иевлиевича как на одного из своих мучителей], на Ивана на Иевлича, на ЧюдЂнце†улици [Неревский конец, Софийская сторона] и с ним много разграбиша домовъ бояръскых; нь и монастырь святого Николы на полЂ [кончанский монастырь Загородского конца, Софийская сторона] разграбиша, ркуще: "здЂ животы крестьянскиа и болярьския" [всех жителей Загородского конца Софийской стороны]. И еще того утра на Людгощи улицЂ [Неревский конец, Софийская сторона] изграбиша дворовъ много, ркуще, яко "намъ супостаты суть" [т.е., все жители Неревского конца Софийской стороны, или всей Софийской стороны враги в глазах жителей Торговой стороны];
9) и на Прускую уличу [Загородский конец, Софийская сторона] приидоша, и они же отбишася их.
10) И от того часа нача злоба множитися [приобрела общегородской характер]: прибЂгше они на свою Торговую сторону й рЂша, яко СофЂиская страна хощеть на нас въоружатися и домы наша грабити; и начаша звонити по всему граду, [на зов колоколов были обязаны явиться все боеспособные мужчины]
11) и начаша людие сърыскывати съ обою страну, акы на рать, в доспЂсЂх на мостъ великыи [каждая сторона собирала своих людей как на войну, в полном боевом вооружении];
бяше и губление: овы от стрЂлы, овы же от оружиа, бЂша же мертвии аки на рати;
12) [в это время над городом прогремела гроза] и от грозы тоя страшныя [даже в наши дни сильная гроза в городе производит впечатление, так что можно представить, как в общем состоянии психологического напряжения новгородцы восприняли грозу] и от возмущениа того великаго въстрясеся всь град и нападе страх на обЂ страны. [Вероятно, столь массовое военное противостояние двух сторон с прошедшей сильнейшей грозой оказалось действительно впечатляющим зрелищем для всех новгородцев].
13) Слышав же владыка Семеонъ особную [необычную даже для Новгорода] рать промежи своими дЂтьми, и испусти слезы изъ очию и повелЂ предстоящим собрати зборъ свои; и вшед архиепископъ въ церковь святыя СофЂя, нача молитися съ слезами, и облечеся въ священныя ризы со своимъ збором, и повелЂ крестъ господень и пресвятыя богородица образъ взяти, иде на мостъ; и по нем въслЂдующе священници и причетъ церковныи, и христоименитое людьство по немь идоша, и мнози народи, испущающе слезы, глаголюще: "да укроти, господи, молитвами господина нашего". И людие богобоязнивии припадающе къ святителевома ногама съ слезами: "иди, господине, да уставит господь твоимъ благословениемъ усобную рать"; ови же глаголаху: "да будет злоба ги на зачинающих рать".
14) И пришед святитель ста посредЂ мосту и, вземъ животворящий крест, нача благословляти обЂ странЂ; ови, взирающе на честныи крестъ, плакахуся. Услышавши она страна святителево пришествие, н прииде посадникъ Федоръ ТимофЂевич [боярин Славенского конца Торговой стороны] съ иными посадникы [т.е., со всеми новгородскими посадниками. К этому времени, по мнению В.Янина, в Новгороде было 18 посадников, представляющих все концы города] и с тысячкыми [так же и с тысяцкими, но их количество в Новгороде мне не известно], поклонишася владыцЂ.
Владыка послуша молениа их, посла анхимандрита Варлама и отца своего духовнаго и протодиакона на Ярослаль дворъ, да подадут благословение степенному посаднику ["степенной посадник" - возглавлял институт посадников, по мнению В.Янина в это время менялся один раз в полгода] Василью Есифовичю [боярин Плотницкого конца Торговой стороны] и [степенному] тысячкому КузмЂ ТерентЂевичю, да идут в домы своя.
[Одна из новгородских летописей сообщает, что степенные посадник и тысяцкий публично обещали разобраться, почему возникла смута] Да повелит святитель своеи стране в хоромы ити, а мы своеи братии, по твоему благословению, повестуем и повелеваем им отъити в жилища, и събравшимся по сем с нарочитыми мужи разсудити вещи сиа начало.
15) И разидошася, молитвами святыя богородица и благословениемъ архиепископа Семеона, и бысть тишина въ градЂ»;
1475 год— «[По мнению В.Л.Янина мы видим раскол внутри Плотницко-Прусской группировки бояр. Летописец описывает ограбление жителей Плотницкого конца и славенских бояр. По мнению Янина, нападение было организовано боярством Загородского и Неревского концов, а Прусская улица являлась важной частью Загородского конца. Таким образом, прусские бояре разорвали свои отношения с плотницкими боярами. Вот жалоба новгородцев Ивану III]
[Сами события произошли осенью] Ноября 25 в субботу, били челом великому князю мнози новугородци, две улицы Славкова да Микитина, на бояр новугородских, на посадника степенного Василья Онаньина, на Богдана Есипова, на Федора Исакова, на Матфея Селезнева, на Якова Селезнева, на Ондрея Телятева Исакова, на Луку Офанасова, на Костянтина на Бабкина, на Олексея Квашнина, на Василья Тютрюма, на Василья на Бахшу, на Ефима на Ревшина, на Григорья на Кошюркина, и на Офимьины люди Горшкова, и на сына ее Ивана, на ивановы люди Савелкова, что наехав те со многими людми на те две улицы, людей переграбили и перебили, животов людских на тысячу рублев взяли, а людей многих до смерти перебили»;
-«И того же дни били челом великому князю [славенские] бояре Лука да Василей Исаковы дети Полинарьины на Богдана на Есипова, на Василья на Микифорова, на Панфила на старосту Федоровские улицы, что наехав на их двор людей у них перебили, а животы разграбили, а взяли 500 рублев»;
[Возможно, это обычное внутреннее противостояние в Новгороде, но, можно предположить, что мы видим политическое противостояние двух сторон, ориентирующихся на Москву и Литву. Во всяком случае, потерпевшая сторона отправилась искать справедливости у Ивана III. Если это вообще не провокация, организованная Москвой для предлога организации нового похода на Новгород]
А вот отрывок из Псковской первой летописи, описывающий трагические события падения Великого Новгорода:
1477 год— «[Новгородская делегация, состоящая из посадников и бояр, т.е. элиты Новгорода, без согласия всего Великого Новгорода фактически признаёт капитуляцию перед Москвой] И Новгородцы же тЂхъ посадников и бояръ и животь [имущество] пограбили, и дворы и доспЂхи поотнимали и всю ратную приправу, которые то такъ чинили, а безъ Великого Новагорода вЂдома тую прелесть чинили; а Василья Онаньина ту поимав на вечЂ изсЂкли топоры въ частье; а иных заповЂдали [я так понимаю - поставили вне закона, под запрет], такоже хотячи смертiю казнить»

Новгородские летописи донесли до нас нравы новгородцев. Можно себе только представить, если новгородцы так относились друг к другу, как они относились к покорённым народам, к соседям по руским землям. Собственно говоря, в тех же летопиясях вы может прочитать и об этом. И это поведение не было особенностью новгородцев, не стоит их демонизировать. Так вели себя во всех древнеруских землях.

Псковские летописи хранят молчание по поводу внутренних конфликтов. Похоже, псковское общество было более терпимым во внутренних взаимоотношениях, если сравнивать его с новгородским. Я думаю, псковские летописцы так или иначе должны были бы описать конфликты внутри псковской общины. Только отдельные собщения псковских летописцев говорят нам об отдельных, похоже, социальных конфликтах внутри псковской общины, принимающих острые формы:
1314 год— «[Это сообщение новгородского летописца, псковские летописи не приводят подробности] Тои же зимы хлЂбъ бяше дорогъ в НовЂгородЂ; а въ Пльско†почали бяху грабити недобрии людие села и дворы в городЂ и клЂти на городЂ, и избиша [убили] ихъ пльсковичи съ 50 человЂкъ; и потомь бысть тихо».
1385 год—«[Ещё одно сообщение новгородской летописи о внутреннем конфликте в Пскове, не упоминаемом псковскими летописями]...и бысть сЂча Псковичемъ промежи себЂ, и много бысть мерьтвыхъ».
1483 год— «...мЂсяца маiя въ 6 день, посЂкоша Псковичи дворы у посадниковъ у Якова и у Стефана Максимовича, и у Зиновья посадника, и у НикитЂ посадника, и у Ивана посадника, и у Кира посадника, и у иныхъ много дворовъ посЂкоша»
1484 год— «Того же лЂта смердовъ [По Псковской второй летописи имена смердов: Стехна, Сырня, Лежна. Обратите внимание, какие простецкие, презрительные имена, как клички у рабов] посадиша на крЂпость въ погребЂ; а посадниковъ изъ заповЂди закликаша, что грамоту новую списали и въ ларь вложили на сЂняхъ со княземъ Ярославомъ, а псковъ того не вЂдаетъ. Того же лЂта посадника убиша Гаврила, мЂсяца iюня въ 13; а убиша его всЂмъ псковомъ на вЂчи" [так называемая "Брань о смердах", но в чём её смысл историки не могут понять]
Однако в отношениях со своими подвластными территориями, в отношениях с новгородцами, в случае обострения отношений между Псковом и Новгородом, псковичи были такими же жестокими и бескомпромисными, как и новгородцы. Но такова была реальность того времени. Их соседи по Ливонии вели себя ровно таким же образом.

Теперь сравним. Вот "рядовые", так сказать, эпизоды взаимоотношения между своими, рускими Северо-Восточной Руси. Никаких ордынцев, заметим:
1305 год— [Нижегородцы выступили против оставшихся в городе после смерти князя Андрея Александровича княжеских бояр: "черные люди побили бояр". Однако в конфликт вмешался двоюродный брат Андрея Александровича, возвратившийся к тому времени из Орды тверской князь Михаил Ярославович: ] "пришед же князь Михаил Ярославич из Орды в [Нижний] Новгород и изби вечников". [Н.Борисов отметил, что "по некоторым летописям, эту расправу учинил не Михаил Тверской, а местный князь Михаил Андреевич Городецкий, сын умершего в 1304 году великого князя Андрея Александровича", что, впрочем, не меняет сути происходивших событий].
1333 — (дата спорная) «[покорение Ростова Москвой] Надо всеми же сими и паче егда бысть великаа рать татарьскаа, глаголемаа Федорчюкова Туралыкова, егда по ней за год единъ наста насилование, сиречь княжение великое досталося [московскому] князю великому Ивану Даниловичю, купно же и досталося княжение ростовьское к Москве. Увы, увы, и тогда граду Ростову, паче же и князем ихъ, яко отъася от нихъ власть, и княжение, и имение, и честь, и слава, и вся прочаа потягну къ Москве.
Егда изиде по великого князя [велению] и посланъ бысть от Москвы на Ростовъ акы некый воевода единъ от велможъ, именем Василий, прозвище Кочева, и с нимъ Мина. И егда вънидоста въ град Ростовъ, тогда възложиста велику нужу на градъ да и на вся живущаа в нем, и гонение много умножися. И не мало их от ростовецъ москвичем имениа своя с нуждею отдаваху, а сами противутого раны на телеси своем съ укоризною възимающе и тщима рукама отхождаху. Иже последняго бденьства образ, яко не токмо имениа обнажени быша, но и раны на плоти своей подъяша, и язвы жалостно на себе носиша и претръпеша. И что подобаеть много глаголати ? Толико дръзновение над Ростовом съдяша, яко и самого того епарха градскаго, старейшаго болярина ростовьскаго, именем Аверкиа, стремглавъ обесиша, и възложиша на ня руце свои, и оставиша поругана. (выделено мной - В.З.) И бысть страх великъ на всех слышащих и видящих сия, не токмо въ граде Ростове, но и въ всех пределах его».
1372 год— «[В Торжке находились наместники тверского князя Михаила Александровича] Поихаша новгородци в Торжекъ города ставити [то есть, возвращать себе Торжок] и сослаша намЂстьникы Михаиловы с Торжьку; и прииде [тверской] князь Михаило ратью к Торжку, пожьже город всь, и бысть пагуба велика крестияномъ: овы огнемъ погорЂша въ дворЂх над животы, а друзии бЂжаша въ святыи Спасъ, и ту издъхошася, и огнемъ изгорЂша много множество, инЂи же от огня бЂжаци, в рЂцЂ во ТфЂрци истопошаа добрыя же жены и дЂвица, видящи надъ собою лупление от тфЂриць, а они одираху до послЂднеи наготы, егоже н погании не творят тако, тЂ от срамоты и бЂды истопошася в водЂ, чернци и черници все до наготы изълуплено; первЂе же всего Олександръ Обакунович стрЂти и на полЂ и ту костию паде за святыи Спасъ и за обиду за новгородскую, и с нимъ убиша Ивана Шаховича и другаго Ивана ТимофЂевича и Григорью Щебелкова, и иных нЂколко ту мужь паде, а инЂи побЂгоша, а иных изимавъ, на ТфЂрь поведе полонъ, мужеи и женъ, бещисла множество; а и товара много поимаша, что ся осталось от огня; и иконнои круты серебра много поимаша. И кто, братье, о сем не поплачется, кто ся осталъ живых видЂвъ, како онЂ нужную и горкую смерть подъяша, и святыя церкви пожьжены, и город всь отинуд пустъ: понеже бо ни от поганых не бывало такового зла. И наметаша избиеных людии и съжьженых и истоплых 5 скуделниць [что-то вроде современного морга], а инЂи погорЂлЂ без останка, а инии истоплЂ безъ вЂсти, поплылЂ внизъ по ТфЂрци».
Во время московско-новгородских войн, войска Москвы вели себя на територии Новгородской земли столь жестоко, что даже московский летописец был вынужден искать публичные оправдания подобному поведению. Новгородцев, в том числе, обвинили в отходе от истинного православия и последний 1477-78 года поход Москвы на Новгород был приравнен, как я понимаю, к походу на еретиков, с которыми не надо особо церемониться.

Читатель непременно заметит, что "продвинутое" западное общество было не менее жестоко чем наше - патриархальное, архаичное. В общем и целом да, в то время не менее жестоко, не стоит в этом смысле идеализировать западное общество. Но были, как говорят в таких случаях, существенные ньюансы, детали, различия.
Во-первых, если не брать форс-мажорные обстоятельства в виде войн, насилие и жесткость существовали, так сказать, в рамках законов. Пытки, наказания и т.д. стремились вывести из под воли (прихоти) правителей, властных персон вообще, и поставить под контроль закона. Можно сказать, что жестокость, насилие в нашей стране имела неупорядоченный характер, а в европейском обществе относительно контролируемый, точечный.
Во-вторых, хоть это и выходит за рамки моего сайта, уже в XIV веке в западноевропейском обществе зародилось светское направление общественной мысли, которое сегодня называют "Гуманизм". В России аналог подобного явления, в виде светской общественной мысли, появился только в первой половине XIX века.
В третьих, мы должны помнить, что западноевропейское общество достаточно рано сумело освободиться от крепостного права (Восточная Европа отдельная тема), которое сформировалось и получило широкое распространение в нашей стране после 1500-х годов, хотя этот вопрос выходит за рамки моего второго сайта.
И что касается масштабов насилия. Как это не цинично звучит, мы должны помнить о том, что плотность населения в Европе была значительно бОльшей, чем в Северо-Восточной Руси - России, так что и масштабы насилия нужно "измерять", "сравнивать" в соответствии с этим демографическим обстоятельством.